Геополитический разворот Турции

Министр обороны Турции Нуреттин Джаникли заявил, что Анкара и Москва полностью согласовали договоренность по покупке четырех дивизионов С-400.

Последние события, в целом, на международной политической арене стали признаком немыслимого ранее стремительного сближения Турции и России. Два государства совсем недавно, после инцидента со сбитым российским бомбардировщиком, находились на грани полного разрыва отношений, а теперь не просто заключили временное «перемирие», но и продемонстрировали удивительный «прорыв» почти во всех сферах сотрудничества.

Эксперты продолжают рассуждать о долгосрочности перспективы дальнейшего укрепления российско-турецких отношений.

Есть те, кто утверждают, что «столкнувшись с неприятием на Западе своих авторитарных методов и приверженности исламской идеологии, Эрдоган сделал временный разворот в сторону Москвы. И при любом позитивном внешнеполитическом знаке внимания со стороны США или ЕС, моментально отвернется от России». Но есть и те, кто уверен в том, что изменение приоритетов официальной Анкары носит долговременный характер. А оперирует «вторая» группа экспертов следующими фактами.
Во-первых, при всех своих диктаторских задатках, Эрдоган был и остается сугубым прагматиком. Примером тому может послужить его позиция относительно вступления Турции в Евросоюз. Если кто не в курсе, то идея вхождения Турецкой республики в структуры объединенной Европы долгие десятилетия являлась для Анкары принципиальной, если хотите, мировоззренческой.

Ведь со времен Кемаля Ататюрка большая часть турецкой интеллектуальной, военной и политической элиты мыслила себя европейцами. Турция является «ассоциированным членом» ЕС еще с 1964 года, а формальное заявление на вступление подала в далеком 1987 году. Вдумайтесь, тридцать лет турки ждали, когда же их европейские устремления будут оценены. И что в итоге? Два ключевых континентальных игрока – Франция и Германия были и остаются категорически против этого, вне зависимости от смены собственных внутриполитических курсов. Германия, проведя неудачный мультикультурный эксперимент, опасается неконтролируемого роста турецкой диаспоры, а Франция традиционно находит повод поговорить о нарушениях прав человека, маскируя глубокое неприятие к стране с большим населением и перспективной экономикой.

Каков же результат турецкой «евроинтеграции» на сегодня? Эрдоган признал во всеуслышание тот факт, что ЕС – это «закрытый христианский клуб», куда Турцию никогда и не при каких условиях не примут. Он открыто заявил, что и пытаться не стоит. Впервые за три десятка лет политический лидер Турции продекларировал отказ от внешнеполитической линии, являвшейся до этого константой всей национальной внешней политики!

Во-вторых, вот уже несколько лет наблюдается кризис в отношениях Анкары с НАТО. Стоит вспомнить недавний громкий скандал на учениях в норвежском Ставангере, когда портреты Ататюрка и Эрдогана были использованы в качестве мишеней потенциальных врагов для стрельб! Но это злостное оскорбление от военных «союзников», просто мелкое хулиганство в сравнении с тем, что произошло в 2015 году.

Дело в том, что, несмотря на размеры своих вооруженных сил, в обороноспособности Турции есть существенная брешь. Речь идет об отсутствии современной эшелонированной противовоздушной обороны (ПВО). Все попытки Анкары приобрести у американских партнеров комплексы «Пэтриот» провалились вследствие принципиального нежелания США. Нежелание вооружать современным оборонительным оружием «друзей», на чьей территории американцы имеют огромную, стратегически важную авиабазу Инджирлик, долго маскировалось разглагольствованиями о том, что безопасное небо Турции и без того гарантируют развернутые в стране американские и немецкие «Пэтриоты». И лишь продлив американцам разрешение на пользование авиабазой в 2015 году, турки с удивлением узнали, что «гаранты» в одностороннем порядке решили снять комплексы с дежурства! Сказать, что доверие к партнерам по НАТО было подорвано, все равно, что ничего не сказать.

Учитывая же то, что законодательная база Альянса вовсе не предусматривает обязательного вступления в войну союзников в случае нападения на одного из участников, оставляя принятие решения на усмотрение национальных правительств, туркам пришлось задаться вопросом – кем, в таком случае, должна быть для них Россия? Стратегическим противником или же стратегическим партнером?

Подписание контракта на поставку новейших российских систем ПВО С-400 на фоне заключенных ранее с Москвой договоров в области транспортировки энергоресурсов и атомной энергетики ясно дает понять, к какому ответу пришла турецкая сторона. Дело в том, что принципиально не интегрируемые в единую систему ПВО НАТО российские С-400 означают на практике начало долговременного сотрудничества (поставки комплектующих, подготовка операторов и т.д.), а также проектирование национальной эшелонированной ПВО/ПРО с широким привлечением российского военно-промышленного комплекса, который способен предложить большой ассортимент наземных комплексов.

Таким образом, мы становимся очевидцами того, как Турция совершает кардинальный геополитический разворот в сторону России. Несмотря на то, что уже подписанные контракты имеют смысл только в том случае, если их реализация будет пролонгирована на 50 лет, существует абсолютная уверенность в том, что Россия не оттолкнет турецких партнеров так, как это сделали США и Европа.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *